АЛЕКСЕЙ ЛЕОНОВ: «ДУХОВНАЯ ПРАКТИКА БЫЛА ДЛЯ МЕНЯ НА ПЕРВОМ МЕСТЕ И ОСТАЕТСЯ САМОЙ ГЛАВНОЙ»
Статья-интервью Тамары Маркеловой, опубликованная в журнале «Жінка» (июнь 2026)
У каждой эпохи есть свои художники. Одни отражают современность, другие погружаются в прошлое, а иные пытаются заглянуть за горизонт времени. Именно к таким художникам принадлежит заслуженный художник Украины, скульптор Алексей Леонов – один из самых оригинальных представителей современного украинского пластического искусства, автор масштабной художественной концепции, сочетающей духовную философию, космизм и традиции украинской скульптурной школы.
Среди творческих достижений 44-летнего художника около 200 персональных выставок; более 80 работ, представленных в частных и национальных коллекциях; 50 авторских памятников, украшающих улицы, парки и скверы городов в разных уголках мира.
Скульптор Алексей Леонов
– Исследуя Ваше творчество, каждый раз убеждаюсь: скульптура для Вас уже давно не просто ремесло и даже не профессия. За Вашими работами чувствуется целостная философия жизни, особый образ мышления и восприятия мира. Что стало первоисточником, из которого формировалось такое мировоззрение?
– Духовная практика для меня была на первом месте и, пожалуй, остается самой главной.
– Когда в вашей жизни появилось понятие духовной практики? Чем она стала для Вас тогда и как меняется ее значение с обретением жизненного опыта?
– Если вспомнить о детстве, то первый осознанный духовный опыт связан с молитвой. Мне было около двенадцати лет. В это время я впервые почувствовал не просто слова, а определенный опыт общения с Высшим.
Поэтому, когда я сегодня говорю о духовной практике, прежде всего имею в виду молитву. И более того – мой труд также является своеобразной молитвой. Вот почему я так воспринимаю творчество. Это не обязательно связано с религиозными сюжетами или образами – в моем творчестве их не так уж и много. Речь идет скорее об отношении к миру, о восхищении его красотой. Мое восприятие природы очень близко к религиозному ощущению. По крайней мере, для меня.
Недаром великие мастера, в частности Леонардо да Винчи, видели в природе высшее проявление божественного замысла. Для меня Леонардо – одна из фундаментальных фигур в искусстве, не только как художник, но и как мыслитель. Его философия чрезвычайно важна.
По сути, философия является основой всего. Думаю, вы это уже ощутили. Для меня искусство – это возможность передавать другим свое восхищение красотой, делиться мыслями и открытиями, которые обогатили меня самого. Если они помогают увидеть мир глубже и кому-то еще, тогда творчество приобретает подлинный смысл.
Учитель Милосердия. 2021. Шамот
Христос. Учитель Любви. 2006. Шамот
– Сегодня Вас нередко называют скульптором-космистом или скульптором-интуитивистом. Как эти определения соответствуют Вашему внутреннему ощущению себя как художника? Действительно ли Вы воспринимаете свое творчество как попытку осмыслить человека в контексте Вселенной и ее духовного назначения?
– Думаю, что да. Не могу сказать, что мне особенно нравятся какие-либо ярлыки или определения, но в этом случае они достаточно точно отражают мое мироощущение. Я, действительно, воспринимаю себя как космиста и как интуитивиста. Меня всегда интересуют не внешние признаки, а внутренний мир человека, его связь с вечностью и теми невидимыми законами, которые управляют нашей жизнью.
Интуиция в искусстве играет очень важную роль. Часто образ рождается не в результате логических построений, а из внутреннего ощущения, будто приходит откуда-то из глубины сознания. Уже потом начинается осмысление того, что было открыто интуитивно.
Возможно, поэтому мое творчество естественным образом восходит к традициям украинского философского искусства. В то же время я не стараюсь подражать кому-то из предшественников. Каждое поколение ищет свой язык для разговора о вечном. И мои скульптуры – это попытка такого разговора с современным человеком.
Свет побеждает тьму. 2009. Шамот
– Исследователи Вашего творчества часто называют Вас «художником новой духовности». Насколько Вам близко такое определение?
– Откровенно говоря, именно это определение вызывает у меня определенные вопросы. Я не совсем понимаю, что означает «новая духовность». Для меня духовность не может быть новой или старой. Она либо есть, либо ее нет.
Духовность относится к числу тех фундаментальных ценностей, которые не зависят от времени, моды или исторической эпохи. Изменяются формы ее проявления, язык искусства, культурный контекст, но сама сущность остается неизменной.
Поэтому я не стал бы называть себя художником новой духовности. Мне ближе другое определение: художник, который стремится к духовности и пытается через искусство говорить о вечных вещах – о человеке, его внутреннем мире, добре, красоте и смысле бытия.
– Ваши работы производят сильное впечатление благодаря многослойности образов. Даже при коротком знакомстве с ними чувствуется, насколько важную роль в Вашем творчестве играет символизм. Что вы вкладываете в понятие символа? Откуда рождаются ваши символы и какое место они занимают в вашем искусстве?
– Для меня символ – это, прежде всего, способ масштабного мышления. Он работает подобно названию книги или статьи: несколько слов могут скрывать огромное содержание. Так же и символ способен обобщать сложные идеи, чувства и смысл и в одном образе.
Именно поэтому символ для меня чрезвычайно важный художественный инструмент. Через него можно передать гораздо больше информации, чем через буквальное изображение или даже целый сюжет. Символ открывает простор для размышления и позволяет каждому человеку находить собственные смыслы.
Мне близко стремление к обобщению, к охвату как можно более широкого круга знаний, жизненного опыта и духовных исканий. Символ дает возможность говорить не о частном случае, а об универсальных вещах, которые касаются каждого.
Дар жизни. 2020. Шамот
Если же говорить об источниках символов, то они рождаются из жизни, природы, культуры, духовного опыта, из образов, сопровождающих человечество на протяжении веков. Но в основе всего для меня лежит любовь. Любовь – это жизнь. Любовь – это красота. Я не представляю себя вне любви, вне красоты и вне служения красоте.
В известном смысле служение красоте и служение Богу для меня очень близкие понятия. Поэтому большинство моих символов так или иначе ведут к поиску гармонии, света и духовного смысла человеческого существования.
– Создается впечатление, что творчество занимает практически все Ваше время. Находится ли в этом ритме место для светских мероприятий, кинопремьер, художественных выставок, театральных постановок? Как вы отдыхаете и где черпаете новые впечатления?
– На самом деле, лучший отдых для меня – это природа. Поле, горы, путешествия, возможность побыть в одиночестве с собой и миром. Все, что подальше от городского шума и светских событий.
Конечно, я посещаю художественные мероприятия, выставки или презентации, но делаю это, прежде всего, для того, чтобы чувствовать контекст времени, в котором живу. Мне важно понимать настроения людей, видеть, что они думают, что их волнует, как эти переживания отражаются в искусстве. Поэтому я не отказываюсь от таких событий, хотя стараюсь не перегружать ими свою жизнь.
Недавно побывал на Триеннале скульптуры в Доме художника. Это была интересная выставка, но после нее осталось достаточно тяжелое чувство. Война очень сильно влияет на сознание художников, и это естественно. Многие работы были полны усталости, тревоги, внутренней боли. Художники через искусство выражают свое состояние, а сегодня это состояние у многих непростое.
Кстати, на этот раз я не подавал свои работы на Триенале, хотя раньше участвовал в выставочных проектах. Что касается театра, то посещаю его нечасто. Моя мама очень любит театр и всегда следит за премьерами и новыми постановками. Она часто советует мне интересные представления, и когда чувствую внутреннюю потребность, я хожу. Но в общем это случается редко – возможно, не больше десяти раз в год, а иногда гораздо меньше.
Пожалуй, источник моей энергии – не столько культурные события, сколько тишина, природа и возможность сосредоточиться на внутренней жизни. Там рождаются важнейшие мысли и образы.
Выставка скульптур Алексея Леонова в библиотеке Центральноукраинского национального технического университета
– Вы обещали выкроить мне всего пять минут, а наш разговор длится уже более двадцати. Благодарю Вас за эту откровенность и глубину.
– И Вам спасибо. Знаете, я почувствовал вдохновение от нашего разговора. Мы же оба люди творческие. Мне очень приятно общаться с человеком, который, как мне кажется, тоже живет в подобных духовных измерениях. Это чувствуется. Потому и хочется говорить.
– А мне хочется слушать и спрашивать. Я также вдохновляюсь, когда встречаю людей с глубоким внутренним миром.
– Кстати, наверное, стоит кое-что добавить к вашему первому вопросу о духовных практиках. Приблизительно в пятнадцать лет они стали не просто моим увлечением, а образом жизни. Тогда я в первый раз осознал для себя ценность расширения сознания.
Во время молитвы я почувствовал особое состояние единства с Высшим, с природой, с миром. Именно это открыло передо мной ощущение безграничности человеческих возможностей. Я начал глубоко изучать философию, религию, духовные традиции разных народов и культур.
В шестнадцать лет я даже серьезно рассматривал возможность вступления в духовную семинарию. Мне казалось, что это мой путь. Но общение со священниками и будущими семинаристами заставило меня задуматься. Я увидел, что для многих это было не столько служение, сколько способ построения карьеры. Такое отношение оказалось мне чужим, и именно тогда я понял, что должен искать другой путь.
Таким путём стало искусство.
Скорпион. 2019. Шамот
Водолей. 2023. Бронза
После окончания Государственной художественной средней школы имени Тараса Шевченко я поступил в Национальную академию изобразительного искусства и архитектуры. С шестого класса состоял в богемной творческой среде, хотя сам происхожу не из семьи художников. Впрочем, определенная связь с искусством у нашей семьи была. Мой дедушка Терентий Юра, сын брата величайшего украинского режиссера и актера Гната Юры, служил в театре имени Ивана Франко.
Особую роль в моем становлении сыграл народный художник Украины Василий Захарович Бородай. Благодаря дружбе с его внуком Василием я попал в мастерскую художника и в течение многих лет имел возможность учиться рядом с ним. Воздействие личности учителя для художника трудно переоценить. Если говорить именно о моем пути как художника, то роль Василия Захаровича была определяющей. Его творческое кредо заключалось в том, чтобы создавать героические образы – образы, возвышающие человека, напоминающие ему о его силе, достоинстве и высоком предназначении.
Пожалуй, именно это стремление – искать и утверждать в человеке высокое – я вынес из его школы и стараюсь сохранять в собственном творчестве до сих пор.
– У каждого художника есть произведение, которое можно назвать знаковым или наиболее отражающим его внутренний мир. Если говорить о Вашем творчестве в бронзе и шамоте, какую работу Вы считаете самой важной в своей жизни?
– Если говорить о монументальной скульптуре, то, бесспорно, это «Покров Пресвятой Богородицы», ныне экспонируемый на территории Национального заповедника «София Киевская».
Для меня эта работа особенная не только потому, что ее удалось реализовать в центре Киева. Она родилась из реального переживания, которое я имел в первые часы полномасштабного вторжения. Это не художественный вымысел и не метафора. Я действительно пережил то, что я могу назвать видением.
Памятник «Чудо Покрова Пресвятой Богородицы» на територии Национального заповедника «София Киевская» в Киеве
Моя мастерская выходит окнами на Гостомельский аэропорт. Даже сейчас, разговаривая с Вами, я вижу его вдали. Именно там в первые часы войны шли бои, которые происходили буквально на моих глазах. Я обратился в молитве к Пресвятой Богородице. На фоне боя я вдруг увидел удивительную картину. Все пространство от неба до горизонта начало наполняться серебристо-золотистыми мерцающими частицами, похожими на звездный снегопад. Множество мелких светлых звезд будто укрывали землю своим покровом.
Все это происходило на фоне воздушного боя, но в то же время меня охватило состояние абсолютного покоя и защищенности, предназначения. Это было ощущение блаженства, которое трудно передать словами. Как ребенок в утробе матери – полностью защищенный от любой опасности.
Видение длилось недолго – возможно, минуту. Но я видел его совершенно ясно, с открытыми глазами. Такого опыта раньше в моей жизни не было. Я воспринял это как знак Покрова Пресвятой Богородицы над Украиной. В тот момент у меня появилась твердая уверенность, что Киев выстоит и враг не сможет его захватить.
Именно это переживание легло в основу скульптуры.
Откуда берутся дети. 2026. Шамот
Богородица Умиление. 2007. Шамот
В реализации этого проекта значительную роль сыграл мой друг Денис Монастырский, с которым нас связывала многолетняя дружба. К сожалению, его жизнь трагически оборвалась. Поэтому эта работа связана для меня не только с темой защиты Украины, но и с личной памятью о близком человеке. Интересно, что официального открытия памятника еще не было. Сейчас скульптура временно размещена на территории Софии Киевской, ведь там разрешены только временные экспозиции монументальных произведений.
Помимо большой скульптуры существует и бронзовая модель работы. Она была создана раньше и находится в кабинете Президента Украины. После гибели Дениса Монастырского эта скульптура была передана как символ памяти о нем. И для меня это тоже важная часть истории этого произведения.
– Ваш рассказ буквально вызывает мурашки по коже. Теперь понятно, почему об этой работе нужно не только говорить как о художественном объекте, но и знать историю ее рождения.
Фотографии из личного архива Алексея Леонова
Источник: https://www.facebook.com/photo/?fbid=2208606816589041&set=pcb.2208609109922145 https://www.facebook.com/photo?fbid=2208606833255706&set=pcb.2208609109922145