ЭТИКА ОСВОБОЖДЕНИЯ ДУХА В ФИЛОСОФИИ КЛАССИЧЕСКОЙ И СОВРЕМЕННОЙ ЙОГИ

С.Р. Аблеев, доктор философских наук

Классическая индийская йога, как известно, объединяет в себе этику, философскую метафизику и психотехническую практику. Философской основой йоги явились идеи системы санкхья – одной из влиятельных школ индийской мысли ортодоксального, то есть ведического, направления. Древние авторитетные теоретики йоги – Патанджали и Вьяса – в своих работах («Йога-сутра» и «Йога-бхашья») развивают философские положения школы санкхья для обоснования и разъяснения практических целей йогической духовной практики. В трактате Патанджали конспективно излагаются основные положения системы йоги в её теоретических и прикладных аспектах. Работа Вьясы представляет собой развёрнутый философский комментарий метафизических и практических тезисов мудреца Патанджали.

Важным составным элементом классической йоги (её часто именуют санкхья-йогой) является этика. В текстах-первоисточниках, равно как и в йогической традиции вообще, она предстает взору исследователя не просто в виде отвлечённых теоретических спекуляций на нравственные темы, но как действенная, практически ориентированная система моральных канонов и принципов, на которых строится вся практика йоги и её идеология духовного освобождения. Понимание этих канонов и принципов, а также следование им в йоге расценивается в качестве неотъемлемого аспекта совершенствования и духовной трансформации личного сознания.

Чтобы составить общее представление об этическом кодексе йоги, прежде всего, необходимо понять её отношение к следующим традиционным этическим вопросам и проблемам: Добро и Зло; моральный долг; эгоизм; насилие; счастье и страдание.

Очевидно, что Добро и Зло, даже в религиозно-теологических учениях, предполагающих весомую долю этического ингредиента, оказываются далеко не абсолютными и однозначными понятиями. Различные учения в зависимости от своих мировоззренческих приоритетов весьма по-разному отвечали на такой простой и, вместе с тем, невероятно сложный вопрос: что для человека есть Добро, а что есть Зло?

Классическая йога рассматривает этот вопрос сквозь призму главной духовной цели человека. Она заключается в освобождении духа от материального бытия и достижении его (т.е. духа) абсолютной обособленности от кармы, сансары и сопряжённых с ними авидьи и страданий. Это есть возвращение личного человеческого сознания к своему трансцендентному Источнику – Космическому Сверхсознанию или Мировому Духу. Всё, что этому способствует, – есть Благо или Добро. Всё, что этому препятствует, – есть Зло. Поэтому Вьяса полагает, что река сознания человека, в конечном счёте, может течь только в двух направлениях: либо к Благу, либо к Злу. Если она устремляется по руслу различения к реализации духовного освобождения, то это есть путь к Благу. Если она течёт к сансаре по руслу неразличения, то это есть путь к Злу [1, с.92]. Обратим внимание, что путь к Благу у мастеров йогической мудрости связывается с развитием бесстрастия а путь к Злу – с тяготением сознания к чувственным объектам и желанием испытывать удовольствие от них.

Из такого понимания Добра и Зла закономерно вытекает и представление о главном моральном или духовном долге человека. Он заключается в том, чтобы стремиться и добиваться освобождения своего духа от постоянных перерождений в низших мирах (сансара) и сопряжённой с ними зависимости от материального бытия. Таким образом, освобождение есть высшая цель и высший долг не только для человека, но и для всех остальных существ, за исключением Бога-Ишвары, так как он и так абсолютно независим от материальной Природы.

Решая проблему морального долга, Патанджали подчёркивает, прежде всего, личную ответственность каждого живого существа за свой индивидуальный дух. Помогать другим существам на пути освобождения – удел Бога или, в крайнем случае, совершенных гуру-йогов, которые добились или почти добились собственного освобождения. В буддийской йоге (буддизм Махаяны) моральный долг понимался несколько иначе. Духовный подвижник был обязан стремиться не только к личному освобождению, но и прилагать постоянные усилия к освобождению других живых существ. Подобная позиция характерна и для современной Агни Йоги, в философских текстах которой гуманистическая идея служения человеку и обществу ради их духовной эволюции поднята на большую этическую высоту [2].

Крайне важную роль в решении моральных вопросов в йоге играет проблема эгоизма. Что такое эгоизм с точки зрения метафизики санкхья-йоги? Это иллюзорная тождественность Мирового Духа-Сверхсознания (Пуруши) и личного сознания (индивидуального буддхи) как инструмента этого Мирового Духа. Иными словами, эгоизм – это иллюзия собственной обособленности и независимости. Иллюзия потому, что, во-первых, личное сознание является только инструментом (зеркалом) для Вселенского Сверхсознания. А, во-вторых, личные сознания живых существ связаны между собой как элементы единого космического Буддхи-Махата. Пока человек думает о себе как об автономном существе и связывает себя с одним из непостоянных элементов микрокосма («я – это моё тело», «я – это моя чувствующая душа», «я – это мой разум») – он пребывает в неведении и неспособен продвинуться по пути духовной йоги к своему освобождению. Но когда он начинает осознавать себя как Абсолютный Дух (Сверхсознание), отражающийся в зеркале его персонального сознания (эго) и тем самым порождающий иллюзию личного, обособленного существования, – тогда он делает первый шаг к освобождению от всех иллюзий и зависимостей по тропе практической йоги.

Таким образом, главным оружием против эгоизма, утверждает философия йоги, является духовное знание, благодаря которому йоги понимают различие между Вселенским Сверхсознанием (Духом) и личным сознанием живого существа (эго). У видящего такое различие, разъясняет Патанджали, прекращаются всякие размышления о собственном существовании [1, с.196]. Почему это происходит? Потому, что человек понимает, – подлинное космическое бытие имеет только Абсолютный Дух – Сверхсознание. А он сам есть лишь его часть, отражённая в иллюзорном психическом зеркале личного сознания, которое существует для трансцендентных целей космического Зрителя, – Абсолютного Духа.

В практической этике йоги главным моральным принципом является ахимсавоздержание от насилия. Другие моральные принципы, которым посвящены первая и вторая вспомогательные ступени йоги (яма и нияма), опираются на ахимсу и вытекают из неё. Вьяса даёт удивительно глубокое и ёмкое определение ахимсы. Ненасилие, пишет он, есть непричинение вреда всем живым существам каким бы то ни было способом во все времена [1, с.137]. Все остальные виды самоконтроля и религиозных предписаний предназначены для совершенствования способности ненасилия. Они применяются как дополнительные средства для того, чтобы придать ненасилию совершенную форму [1, с.137].

Классическая йога даёт развёрнутую классификацию видов ненасилия, среди которых выделяется двадцать семь основных. В основе этой классификации находятся три триады видов насилия. Первая триада касается действия, инициативы и оценки: насилие совершенное; насилие, побуждённое к совершению; насилие одобренное. Вторая триада касается причин: насилие вследствие жадности; насилие вследствие гнева; насилие вследствие невежества. Третья триада касается степени: слабое насилие; среднее насилие; сильное насилие.

Помыслы о насилии являются ложными наполнителями сознания (аффектами) и выступают серьёзным препятствием к освобождению. Как их преодолевать? Культивированием противоположных помыслов, которые вытесняют из сознания его ложные наполнители. В качестве иллюстрации Вьяса приводит примеры размышлений-образов, направленных против насилия. Одно из них выглядит следующим образом: «Поджариваемый на раскалённых углях сансары, я прибегаю к защите благодаря практике йоги, даруя безопасность всем живым существам» [1, с.139].

Важный аспект йогической этики – философское понимание счастья и страдания. Для мудрого, указывает «Йога-сутра», всё в мире есть страдание. Причины страданий связаны с тем, что всё в природе подвержено непрерывному изменению, беспокойству, действию следов прошлых впечатлений и противоречивому развертыванию гун материальной природы [1, с.122]. Однако, находясь в неведении, человек не понимает этого. Неведение заставляет его принимать страдания за счастье, искать постоянство в непостоянном и вечное во временном. Получая наслаждение, непросвещённый человек называет его счастьем. Сталкиваясь с невозможностью удовлетворить своё страстное желание, он говорит о страдании. Но, даже устремляясь к наслаждению, то есть ложно понимаемому счастью, и даже получая его, человек вскоре всё равно сталкивается с неизменным результатом – болью, разочарованием, потерей и неудовлетворённостью. Одним словом, его неизбежно настигают различные виды страданий.

Так что же тогда есть счастье? Счастье – это достижение удовлетворённости, полагает Патанджали [1, с.142]. И каким бы ни было счастье в чувственном мире, вторит ему Вьяса, и каким бы ни было высшее блаженство в мире богов, и то, и другое несравнимы даже с одной шестнадцатой частью блаженства, обретаемого при устранении желаний [1, с.142].

Далее Вьяса со слов древнего мудреца-йога Джайгишавьи приводит иерархию видов счастья. Самое низшее из них – счастье обладания чувственными объектами. Выше находится счастье удовлетворения. Но самое наивысшее – это счастье абсолютного освобождения [1, с.161].

Таким образом, высшее благо, высший моральный долг и высшее счастье в классической йоге связываются с духовным освобождением сознания человека. Современная Агни Йога, по сути, не опровергает древнее понимание этих этических вопросов. Однако она формулирует их решение несколько иначе, через понятие духовной или космической эволюции сознания человека. Авторы Агни Йоги уходят от обсуждения проблемы освобождения как финального акта духовного развития. Они рассматривают освобождение как непрерывный процесс развития сознания в космической беспредельности, который можно обозначить как совершенствование духа [2].

Итак, мы рассмотрели исходные этические аксиомы санкхья-йоги в их отвлечённом философском смысле. Теперь необходимо выяснить, каким образом они интегрированы в систему практической йоги. Первое, что привлекает внимание – это восемь вспомогательных средств классической йоги. Собственно говоря, они то и составляют основу практической йоги, как алфавит составляет основу письменной речи. Первое и второе средства (яма и нияма) преимущественно направлены на укрепление и развитие этических принципов ученика. Показательно, что эти ступени предшествуют не только освоению психотехники (санъяма), но и физической, а также психофизической подготовке (асаны, пранаяма, пратьяхара), которые составляют шесть последующих ступеней или вспомогательных средств йоги.

Понятие «яма» обычно переводят как «самоконтроль». «Йога-сутра» указывает пять основных аспектов самоконтроля – ненасилие, правдивость, честность, воздержание и неприятие даров [1, с. 137]. Ненасилие – это непричинение вреда всем живым существам любым способом в любое время. Правдивость – это соответствие речи и разума реальной действительности. Слова не должны быть лживыми, ошибочными или лишёнными истинного содержания. Применение слов должно иметь целью благо всех живых существ и не причинять им вред. Честность – есть неворовство, отсутствие алчности, неприсвоение чужих вещей, жизнь на средства, полученные собственным праведным трудом. Воздержание – это контроль деятельности половых органов и скрытых инстинктивных телесных потребностей и стремлений. Неприятие даров – это отказ от подносимых предметов из-за понимания последствий владения ими – необходимости сохранения, возможности потери, повреждения или привязанности к ним [1, с. 137].

Понятие «нияма», как правило, переводят с санскрита – «соблюдение религиозных (духовных) предписаний». Оно так же включает пять аспектов – чистоту, удовлетворённость, подвижничество, самообучение и преданность Высшему Началу (Ишваре) [1, с. 138]. Чистота есть устранение внешнего (телесного) и внутреннего (психического) загрязнения. Телесная чистота достигается соответствующим питанием и уходом за телом. Психическая чистота – устранением аффектов сознания. Удовлетворённость – это отсутствие желания иметь больше того, что насущно необходимо. Подвижничество – (аскетизм) – это терпеливое перенесение крайностей (голода, жажды, холода, зноя и т.д.), молчаливость, внешняя непроницаемость (невозмутимость) и другие обеты. Самообучение – это изучение духовных писаний об освобождении, повторение мистических формул – мантр. Преданность Высшему Началу – это отказ от плодов всех собственных действий и посвящение их своему высшему Наставнику, то есть духовному Учителю [1, с. 138].

«Йога-сутра» отмечает тесную связь между очищением сознания и развитием этических принципов. Очищение сознания как духовный процесс осуществляется культивированием следующих этически ориентированных психических состояний сознания: дружелюбие; сострадание; радость; беспристрастность (к счастью-несчастью, наслаждению-страданию и т.д.). Очевидно, что все эти моменты указывают на значимость этического совершенствования сознания для овладения высшей йогой и достижения ее духовных целей.

Характерно также, что все пять главных аффектов (ложных наполнителей) сознания в йоге имеют и этический аспект. Эти аффекты оказываются не просто нежелательными психическими состояниями, так сказать нейтрального морального свойства, но состояниями, имеющими в философии йоги, а некоторые и в обыденной морали, негативную этическую оценку. Эти главные аффекты есть: неведение; эгоизм; влечение; враждебность; жажда жизни [1, с. 113].

Преодоление данных аффектов представляет собой не что иное, как этическую и психотехническую практику. Её основой является этическая философия йоги, самоконтроль, выполнение духовных предписаний и санъяма, то есть психическая концентрация на позитивных представлениях сознания (Духовный Учитель, дружелюбие, сострадание, радость, беспристрастность, самотождественность Духу, духовное знание, причины кармы и страданий, моральный долг, истинное счастье, высшее Благо и др.).

Конечной целью этической и психотехнической практики в йоге является духовное освобождение сознания. В главном трактате философской школы санкхья-йоги, то есть в «Йога-сутре», проблема освобождения проходит красной нитью через все части и кульминирует в заключительной (четвёртой) части манускрипта Патанджали. Вьяса, следуя логике и последовательности тезисов Патанджали, их разъясняет, дополняет и философски комментирует.

Итак, классическая санкхъя-йога понимает освобождение как достижение полной обособленности Высшего духовного Я от сознания личного эго – то есть Низшего Я. Высшее Я – это Вселенское Сознание. Понимание различия между ним и личным сознанием даёт обособление Духа от мира материальных форм и личных эго. Личное сознание, утверждает Патанджали, существует не для себя, а для Вселенского Сознания – для Его жизненного опыта и для Его освобождения. Когда ученик в результате йогической практики и духовных размышлений начинает осознавать эту истину, он перестаёт думать о себе как об обособленном материальном существе, обладающем телом, чувствами, мыслями и личным сознанием. Он понимает, что субъектом опыта и освобождения является Мировой Дух – Вселенское Сознание, а его личное сознание выступает лишь средством или промежуточным звеном в великом космическом бытии Мирового Духа [1, с.195-196].

Семя освобождения, – пишет Вьяса, – есть знание различия между личным сознанием и Пурушей (Вселенским Сознанием). Тогда, – продолжает Патанджали, – сознание растворяется в различении и тяготеет к абсолютному освобождению [1, с.196]. Освобождённые Высшие Я (индивидуальные духовные субстанции) остаются абсолютно неизменными. Они пребывают сами в себе, то есть в своей субъективности. Понятие «вечность изменений» для них не существует. Таким образом, абсолютное освобождение в классической индийской йоге означает абсолютное существование энергии сознания, пребывающей в самой себе [1, с.199].

Личное сознание живого существа в философии йоги наделяется субъектно-объектной природой – диалектической двойственностью, удивительным феноменальным свойством двойного духовного зеркала, которое позволяет Вселенскому Сверхсознанию устанавливать связь с природной реальностью и, вместе с тем, не растворяться в ней. Когда разумное существо осознаёт тайну сознания и ценой невероятных духовных усилий отделяет сверхличный аспект сознания от личного, – тогда путы материальной зависимости начинают ослабевать, и человеческий дух устремляется к абсолютному инобытию Вселенского Сверхсознания. Это и есть великое освобождение – избавление от замкнутости и узости личного сознания, от кармы, от пут и миражей изменчивого материального существования. Освобождение в классической йоге – это путь духа в иную реальность, существующую вне времени и пространства ограниченного природного мира. Это возвращение к истокам абсолютного духовного бытия.

Изучая методы освобождения, для начала необходимо обратить внимание на одно важное обстоятельство. Философская система санкхья и философская система санкхья-йога, несмотря на достаточно созвучное миропонимание, по-разному видят метод освобождения духа. Санкхья в качестве такого метода предполагает духовное познание. Однако классическая индийская йога – санкхья-йога Патанджали – считает методом освобождения практику активных духовных усилий и дисциплины сознания. Идеология освобождения санкхьи получила своё отражение в системе джнани-йога («йога познания»). А идеология и принципы освобождения санкхья-йоги легли в основу классической индийской раджа-йоги («царственной йоги»).

Абсолютная обособленность Духа от Материи не может быть достигнута иначе, полагает Патанджали, нежели через практику йоги. Но почему здесь необходима практика йоги? Потому, что главное в достижении освобождения – это избавление от «семян аффектов сознания». При устранении аффектов уничтожается корень кармы, разъясняет Вьяса, и мудрец достигает освобождения ещё при жизни [1, с.197]. В будущем он более не будет связан с миром материальных форм, так как избавил своё сознание от ложных идей и привязанностей, ведущих к формированию кармы.

Корнем аффектов, понимаемых как ложные (негативные) установки и содержания сознания, являются бессознательные психические следы-отпечатки (санскары) прошлых ментально-психических движений (вритти) сознания. Это есть скрытые, потенциальные психические тенденции, которые в определённых условиях могут проявиться в психике человека и породить соответствующие им актуальные содержания сознания. А среди них могут быть не только позитивные, но и негативные – аффективные состояния сознания. Поэтому для достижения освобождения йоги должны избавиться не только от беспорядочных ментально-психических движений, но и от бессознательных следов-отпечатков в собственной психике.

Как установить контроль над деятельностью сознания и бессознательного в психике человека? Для этого необходима йога, понимаемая как прекращение беспорядочной активности сознания. Прекращение такой деятельности сознания достигается благодаря духовной практике сосредоточения сознания и бесстрастию. Иными словами, здесь используется специальная психотехника управления сознанием, которая на своих высших ступенях приводит сознание к высшей духовной дисциплине.

Почему для контроля над сознанием, а следовательно, и для достижения освобождения, необходимо бесстрастие, то есть отсутствие чувственных страстей и равнодушие к чувственному наслаждению? Дело в том, что по наблюдениям мастеров йоги постоянные наслаждения порождают зависимость психики от чувственных вещей. Психика наполняется бессознательными отпечатками прошлых чувственных впечатлений, которые заставляют сознание устремляться в направлении чувственных объектов вновь и вновь. Вместо контроля сознания получается замкнутый круг постоянных влечений.

Но почему невозможно добиться бесстрастия через практику наслаждения? Потому, что постоянные наслаждения укрепляют влечение к чувственным объектам и, вместе с тем, усиливают искушенность чувств в наслаждении. Влечение формирует привязанность сознания к чувственным объектам, а искушённость заставляет искать наиболее приятные из них. Привязанность порождает постоянные страдания вследствие постоянной изменчивости чувственных объектов (потеря, болезнь, смерть, разрушение и т.д.). Искушённость порождает неизменные страдания вследствие возникающей неудовлетворённости обладаемым объектом и непрерывного поиска нового, неизведанного объекта наслаждения. Первый и второй поток страданий усиливают друг друга и нарушают внутреннее равновесие сознания, то есть бесстрастие. Поэтому достижение бесстрастия путём наслаждения есть наполнение сосуда без дна. Пока дно отсутствует, процесс наполнения будет длиться бесконечно. Что в нашем случае является таким «дном», позволяющим до краев наполнить «сосуд бесстрастия»? Это отвлечение органов чувств и сознания от того, что приносит наслаждение и постепенное развитие равнодушного отношения к приятному или неприятному.

Дорога к освобождению, полагали древние мудрецы-йоги, начинается с приобретения истинного духовного знания о мире и сущности человека. Однако, указывая «истинное знание» в качестве средства освобождения, Вьяса не уходит на философские позиции системы санкхья. Ведь такое знание, по его мнению, появляется не само по себе, а в результате устранения «нечистоты сознания» (то есть несовершенства) вспомогательными средствами йоги [1, с.135]. Для Патанджали, Вьясы и их последователей очевидно, что особое состояние сознания, ведущее человеческий дух к освобождению, есть следствие упорной йогической практики.

Что называется вспомогательными средствами йоги? А это и есть уже широко известные в современном мире восемь ступеней практической йоги. Первые пять из них являются «внешними средствами» йоги (яма, нияма, асана, пранаяма, пратьяхара). Следующие три являются «внутренними средствами» йоги (дхарана, дхьяна, самадхи). Первые пять лишь косвенно способствуют целям йоги. Они выполняют подготовительные функции этического, физического и психофизического характера. Последние три – это прямые средства или факторы осуществления целей йоги. Их объектом выступает то же самое, что является главным объектом йоги – это есть сознание или психический мир. Внутренние средства йоги помогают развить необходимую дисциплину сознания. Оно подчиняется контролю духа и становится его послушным инструментом.

Останавливая хаотичную активность сознания, йоги устраняют ложное знание, аффекты и их причины. Тогда сознание растворяется в различающем постижении, которое уже не могут смутить и поколебать чувственные объекты материального мира и бессознательные психические следы-отпечатки прошлых впечатлений. Когда различающее постижение нетождественности Вселенского Сознания и личного эго становится устойчивым и постоянным – воплощённый дух прозревает свою абсолютную духовную сущность и устремляется в недра космического инобытия, над которым не властны законы времени и пространства физических миров.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Классическая йога («Йога-сутра» Патанджали и «Вьяса-бхашья»). / Пер. с санскрита Е.П.Островской и В.И.Рудого. – М., 1992.
  2. Агни Йога: В 3 т. – Самара, 1993.
  3. Вивекананда С. Афоризмы Патанджали // Практическая веданта (избранные работы). / Пер. с англ. – М., 1993.
  4. Вивекананда С. Раджа-йога // Практическая веданта (избранные работы). /Пер. с англ.– М., 1993.
  5. Радхакришнан С. Индийская философия. В 2-х т. / Пер. с англ. – М., 1993.
  6. Чаттерджи С., Датта Д. Индийская философия /Пер. с англ. – М., 1994.
  7. Шохин В.К. Рационализм классической санкхьи: история и типология. – Рационалистическая традиция и современность. Индия. – М., 1988.
  8. Островская Е.П., Рудой В.И. О специфике историко-философского подхода к изучению индийских классических религиозно-философских систем. – Методологические проблемы изучения истории философии зарубежного Востока. – М., 1987. Аум // Агни Йога. – Самара, 1993.
  9. Торчинов Е.А. Религии мира. Опыт запредельного. Трансперсональные состояния и психотехника. – СПб., 1998.
  10. Прабхупада Бхактиведанта. Путешествие вглубь себя. / Пер. с англ. – М., 1998.

Источник: http://grani.agni-age.net/articles8/3619.htm



RSS










Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика