ЖИЗНЬ ПРОЙТИ...

<< 1 2 3 >>

ДОБРОЖЕЛАТЕЛЬНОСТЬ

Я смотрела на неё в изумлении, просто не веря своим глазам. Странно говорить "на неё", ведь это была я сама. Но какая я! Красота, величие и, одновременно, благородная простота во всём. А главное, в глазах такое доброжелательное понимание моего внутреннего мира, какого никогда не было у меня самой.

Она появилась будто из воздуха. Стоит, смотрит и ласково улыбается. Может, это я — из будущего? Или я — из Тонкого Мира? Лишь в двух вещах я была точно уверена: в том, что это не галлюцинация, и в том, что не надо спрашивать о том, кто она.

Когда она заговорила, я вздрогнула от неожиданности.

— Ты огорчена, — сказала она.

— Я расстроена, потому что мой друг поступил нехорошо, — ответила я.

— Люди несовершенны. Ты же знаешь...

— Да. Но я не из-за себя. Ведь мы начинаем строить общину. Через два месяца уже начнём возводить первые здания. А тут такое... Какие могут быть дома, если у многих общинников нет даже постоянного доброжелательства друг к другу? А ведь его надо положить в основание общины. Так указано.

— Без цемента доброжелательности община не сложится, это верно, — ответила она.

Я ободрилась.

— Именно так я ему и сказала! Но он не воспринял. Может обиделся. Внутренне закрылся и избегает меня. Даже не знаю, как донести теперь, как объяснить?

Она понимающе кивнула.

— Просто … в тебе нет доброжелательности.

Что?! Шок. Удар. Почему? За что? Я ошеломленно смотрю на неё.

— Почему ты так говоришь? Разве я когда-нибудь хоть кому-нибудь пожелала зла? Разве я не хочу, чтобы все люди развивались, становились лучше? Разве я не мечтаю о благе для всех людей?

— Да, — ответила она. — Но так поступает каждый обыватель, в котором не погасло окончательно сердце. Такое доброжелательство не для уровня строителя общины. Разве не так?

— Но это не всё! Я действую! Делаю добрые дела. Посылаю добрые мысли!

— Но разве обыватель не поступает также? Разве не помогает он своим близким? Разве не мыслит о людях хорошо, если они ему приятны, не обременяют его, не создают трудностей? И если он сам в хорошем настроении? Разве ЭТО уровень строителя общины?

— Неужели ты описываешь сейчас меня? — спросила я дрожащим от волнения голосом.

— Тебя. И большинство людей, считающих себя доброжелательными. И не понимающих, почему другие не находит их поучения убедительными.

То, что она (то есть я — другая) говорила, не укладывалось в моём сознании.

— Я не понимаю! Если я, по-твоему, не имею постоянной доброжелательности, значит тогда, когда я её не имею, я имею зложелательство?

— Несознательное, — кивнула она.

— Несознательное зложелательство?

— Да.

Она улыбнулась мне очень ласково и совсем не осуждающе.

— Пойми, так поступают почти все люди. За очень редким исключением. Когда-нибудь всё это будет осознано и изжито. Я не пришла бы к тебе, если бы не одно обстоятельство. Вы будете строить общину. Одну из первых общин на Земле. Это очень важный опыт. Жизненно необходимый в масштабе всей планеты. И ты — одна из немногих, кто искренне чувствует ответственность за это дело. Свою личную ответственность. Как мать чувствует личную ответственность за своего ребенка, как учитель — за ученика. Так и ты — за эту конкретную общину. Если б ты знала, какая это редкость! И как ликуют в Твердыне, когда видят такое достижение! Потому тебе послана Помощь. Надо осознать опасность. Одна маленькая, незамеченная змейка может разрушить всё построение.

— И эта змейка — я?

— Эта змейка — поверхностно понятое доброжелательство и не осознаваемое зложелательство. Не только у тебя. У многих. Но если принявшие ответственность уничтожат ехидну в себе, то и другие начнут преуспевать.

Мой вздох был тяжелым. С одной стороны, облегчение. С другой ...

Она опять улыбнулась. Так тепло, что на сердце стало легче.

— Понимаю твои трудности, — сказала она. После этого подошла ближе и прикоснулась пальцами к моему лбу.

И тогда я узрела. Узрела всё безобразие совершенных поступков, казавшихся мне всегда добрыми и правильными. Узрела горы вреда, причиненного мной разным людям. Часто, даже совсем незнакомым.

Нет, я не была исчадием ада. Оказалось, так жили почти все так называемые светляки. Уж не говоря об остальных. Внешние наши поступки были хороши. Мы действительно старались помочь, где могли и чем могли. Иногда в ущерб себе, иногда являя самоотверженность, отдавая то, в чём сами нуждались, жертвуя драгоценное время, проявляя терпимость и терпение. И наши мысли, те, которые мы сознательно выстраивали при этом, тоже чаще всего были хороши или, по крайней мере, не плохи.

Но, Боже мой, сколько мыслей, сколько действий производилось нами неосознанно! Когда мы думали о людях, находясь не в лучшем настроении, когда мы были кем-то недовольны, когда кто-то вызывал в нас раздражение, когда мы обижались, ревновали или немного завидовали, когда чувствовали своё превосходство, когда, когда, когда...

Эх, конвейер мышления струится без перерывов. Как мало мы осознаем продукцию, сходящую с него! Потоки малоосознанных мыслеформ, напитанные низкими энергиями, устремлялись к тому человеку, чей образ в них содержался. Редко когда адресат не пропускал в себя тёмных посланцев, и они бумерангом возвращались к своему породителю. Чаще всего эти мысли проникали в ауру жертвы и вонзались, вгрызались в его структуры. Если жертва в этот момент как раз и боролась со своим недостатком, вызвавшим негатив у окружающих, то ворвавшийся в ауру враг отбирал у человека все шансы на победу. Бесконтрольно посланная мысль производила страшное действие. Она настолько усиливала его недостаток, что это было явно зримо тонким зрением. Она затемняла его сознание, заставляла астрал ещё сильнее вибрировать и к тому же притягивала из пространства чужие низкие мыслеформы, похожие по сущности своей.

Я ужаснулась от увиденных последствий моего собственного мышления о людях. Сколько зла, под видом осмотра доспеха брата своего, было содеяно мною! Наконец-то я поняла главное. Если бы было истинное доброжелательство, то не произошло бы даже случайного злоделания. "Доброжелательство положим в основу общины". Да, с таким уровнем этого бесценного качества как у нас, не слить общину в светлом объединении и радостном строительстве.

У нас?! Нет, у меня. К себе, только к себе я проявлю суровую строгость. Только себя могу обличать, только к себе адресовать всю критику. А друзья... Уж лучше я совсем отберу у себя право критиковать друзей, чем по ошибке допущу злоделание.

Учитель мой, только ты имеешь право и тяжкую обязанность следить за несовершенствами нашими. Только ты, обладающий неумолчной любовью и сияющим синтезом, можешь указывать на недостатки.

Я подняла взгляд на собеседницу, и она опустила руку.

— Спасибо, — мой голос звучит тихо и как-то умиротворенно.

— Доброжелательство, — произнесла она, — люди видят тебя простым и понятным. Но сколько тайн сокрыто в тебе!

Она посмотрела на меня.

— Ты поняла сегодня лишь то, что почти ничего не знаешь об истинном доброжелательстве. Но теперь ты начнёшь познавать его. Это познание захватывающе интересно и трудно. Но на этом пути ты уничтожишь свою самость и сделаешь много блага для людей. Вступай на него, дитя, и принеси радость Учителям!

Она исчезла так же неожиданно, как и появилась. А в моем сердце раскрывал лепестки Цветок Мира Горнего.

Жанна Каитова

Источник: http://mirkultura.ru/dobrozhelatelnost-zhanna-kaitova/


RSS




<< 1 2 3 >>






Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика