<< 1 2 >>

РАСШИРЕНИЕ СОЗНАНИЯ

Хазрат Инайят Хан

Истинно, расширение сознания есть величайшее счастье, ибо расширенное сознание, освобождая нас, прежде всего, от страха и предрассудков, даёт нам ту великую свободу духа, к которой так стремятся люди, тщетно ища её во всевозможных направлениях, за исключением единого правильного пути – пути сердца и открытого сознания. Ничто не может сравниться с расширением сознания. В нём одном решение всех вопросов жизни, в нём заложен путь к самосовершенствованию, к преображению нашего существа, что является единою великою целью Космоса. ( Е.И. Рерих. Письмо К.Кэмпбелл, 8 декабря 1931 г. )

Сознание – это разум; разум – это душа; душа – это дух; и дух – это Бог. Следовательно, сознание – это божественный элемент, сознание – это божественная часть в нас. И именно через сознание мы становимся маленькими или великими, и через сознание мы возвышаемся или падаем, и через сознание мы становимся ограниченными или мы расширяемся. В греческой мистической символике, а также в других источниках можно найти символ в виде двух крыльев орла, и этот символ является символом сознания. Когда крылья распахнуты, это означает расширение сознания, которое можно также назвать раскрытием души. На какой бы путь вы ни вступили, желая продвинуться дальше в духовном путешествии, будь то религия, оккультизм, философия или мистицизм, вы должны прийти к расширению сознания.

Что такое сознание? Когда мы говорим, что ружье заряжено, то мы имеем в виду, что в нем есть пуля. Сознание означает заряженный разум – разум, наполненный знанием, наполненный впечатлениями, несущими идеи. Когда мы говорим о движущихся картинках, то где они? На экране; но мы не видим экрана, мы видим движущиеся картинки. Сознание есть чистый разум, который оплодотворен некоторой идеей, который сознает нечто. А что такое ум? Ум – это душа; нет у души другого следа, по которому ее можно обнаружить, кроме ума.

Очень часто люди, не понимая, говорят, что местонахождение души – сердце, что она находится в правой или левой половине тела человека; но в действительности есть нечто более выразительное, чем любая из сторон человеческого тела, и это – ум. Вот история, которая демонстрирует идею существования универсального, или всеобщего, сознания помимо индивидуального сознания. Был когда-то чародей, который представил себе, что он – жидкий, текучий, движущийся, вздымающийся и падающий и превращающийся в море. Потом он вообразил: «Сейчас я твердый». Атомы сгруппировались вместе, застыли и превратились в лед. Затем он подумал: «Я не такой холодный. Я могу постараться быть стойким и не таять»; и он превратился в камень. В следующий раз он сказал: «Теперь я хочу измениться. Я не хочу оставаться камнем». И он стал деревом. «Но, – сказал он, – я еще не двигаюсь, не действую»; и он стал крутиться, двигаться и превратился в насекомое. Затем волшебник подумал: «Как это беспомощно – жить насекомым! Я бы хотел резвиться и петь»; и он превратился в птицу. Потом он сказал: «Я хочу быть более крупным и плотным и чувствовать себя более разумным»; и он превратился в животное. Наконец он сказал: «Я хочу стоять на своих задних ногах, вытянуть свой позвоночный столб»; и он превратился в человека. Вот феномен чародея, который желал, который представлял себе что-либо и который становился этим.

Эту же идею можно найти в священных писаниях. В Коране говорится: «"Будь!" – и стало». Это и было деланием волшебника: чем он осознавал себя, тем он и становился. Сначала было сознание, а затем идея, им удерживаемая, превращалась в нечто. Но возникает другой вопрос: если чародей был настолько могущественным, чтобы думать и превращаться во что-либо, тогда почему он сам становился затушеванным? Ответ таков, что, когда человек говорит:»Я хочу отдохнуть, пойти поспать», – естественно, он теряет свою активность. Превращение во что-либо приводило к тому, что сознание, которое является божественным, или универсальным сознанием, ограничивалось, и это ограничение лишало его собственного сознания. Это – глубочайшая суть метафизики. Например, когда сознание мыслило: «Я превращусь в скалу, я – скала», – оно становилось скалой. Сознание не утрачивало своей текучей субстанции, но разум не знал больше о своем собственном существовании.

И все же, когда чародей думал: «Я превращусь в скалу», – что входило в скалу? Только одна маленькая мысль чародея. Именно из-за этой мысли он не мог ни выразить себя, ни чувствовать так, как чувствовал, будучи чародеем. Превратившись в скалу, он не чувствовал из-за этой мысли ничего. Чем больше мы понимаем эту идею, тем больше мы видим, что сознание нужно рассматривать в двух различных аспектах.

В одном аспекте сознание спрятано под плотными формами мироздания, такими, как горы, скалы, деревья, растения, земля и море; и тем не менее существует тенденция сознания выразить себя даже через эти плотные формы проявиться, выразить себя. Можно увидеть эту тенденцию, соприкасаясь с природой. Например, те, кто сидит перед скалами, в горных пещерах, среди леса, те, кто входит в контакт с природой и чей ум свободен от волнений, забот и тревог мира, – те достигают вначале состояния некого покоя; второе, что приходит к ним после ощущения покоя и отдыха, – это своего рода общение между ними и природой. И что же природа говорит им? Каждым действием, возвышением и падением волн, стремлением гор ввысь, движением грациозных ветвей дерева, дуновением ветра и трепетом листьев всякое малейшее движение природы, кажется, шепчет в наши уши. Это сознание, которое хочет проявиться; через деревья и скалы, воду и растения оно желает раскрыть себя, выразить себя; потому что оно не мертвое, а живое, хотя скрыто в скале, в дереве, в растении, в воде, земле и воздухе.

Каждое живое существо пытается сделать себя слышимым и понятым; оно хочет общаться, годы и годы стараясь прорваться сквозь это плотное заключение, выйти к своим подлинным истокам, в точности как чародей, который хотел прорваться, проявиться и узнать себя. И в кого же он превратился? В человека. Суфии говорят, что «Бог спал в скале, Бог дремал в дереве, Бог стал самосознающим в животном, но Бог отыскал Себя и осознал Себя в человеке».

Это ясно указывает на основное назначение человека: каковым бы ни было его занятие, что бы ни доставляло ему удовольствие, чем бы он ни восхищался, есть только один мотив, единственный мотив, который действует для его раскрытия, и это – чувствовать: «То, что я сделал, как замечательно это и как чудесно. Как прекрасно осознавать это, видеть это». Это та склонность, которая пробивается сквозь каждую душу. Хочет ли человек стать духовным или нет, все же бессознательно каждая душа прилагает усилия к раскрытию.

Что касается человеческого сознания, естественно, что, когда сознание превращается во что-либо, оно ограничивает себя. Хотя по сравнению с деревьями и растениями, скалами и горами сознание человека вполне пробуждено, все же не каждое человеческое существо разбужено; большинство по-прежнему в плену. Как говорит Руми в «Маснави»: «Человек – пленник в заключении»; и каждое его усилие, каждое его желание направлено на то, чтобы прорваться, реализовать вдохновение, величие, красоту, счастье, покой независимо от всех обстоятельств этого мира.

Каждый приходит к этому раньше или позже, но жажда существует постоянно; мудрый и глупый – каждый стремится к этому, сознательно или бессознательно. Один человек, который, возможно, очень интересуется собой, своим здоровьем, своим умом, своими мыслями, или чувствами, или своими делами; его сознание не идет дальше этого узкого горизонта. Это не означает, что в этом отношении он не прав. Просто он занимает такое пространство в сфере сознания. Другой человек, который забывает себя; говорит: «Это моя семья, мои друзья, я люблю их», – его сознание шире. Иной скажет: «Я работаю для моих сограждан, для моей страны, для образования детей моей страны, для улучшения здоровья людей в моем городе», – его сознание еще шире. Это в действительности не означает, что его сознание шире, просто оно охватывает более широкий горизонт в сфере сознания. И поэтому неудивительно, что такой поэт, как Низами, говорит: «Если сердце достаточно большое, оно может вместить в себя целую вселенную». Это такое сознание, что вся вселенная мала по сравнению с ним. Сфера такого сознания – Абсолют. Нет части сознания, вырезанной для человека, но человек охватывает определенный горизонт настолько далеко, насколько он может расшириться; для него Абсолют может быть его сознанием. Поэтому внешне он индивидуален, но в действительности нельзя сказать, какой он.

Именно эта идея имеется в виду в Библии, когда говорится: «...будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный». Что это значит? Что абсолютное Сознание – это знак совершенства и что мы не исключены из него. Все движется и живет в нем. Но мы охватываем только такой горизонт, какой имеется внутри нашего сознания, или такой, какой мы осознаем. Это показывает нам, что каждый индивидуум обладает своим собственным миром; и мир одного индивидуума так же мал, как зернышко чечевицы, а мир другого так же велик, как весь мир. Однако внешне все человеческие существа более или менее похожи, просто один может быть несколько выше ростом, чем другой; но в своем собственном мире каждый индивидуум настолько отличен от другого, что сравнения невозможны. Может быть столько разнообразных миров в человеческих существах, сколько созданий – от муравья до слона.

Возникает вопрос: что названо в священных писаниях небесами и адом? Что это такое? Небеса и ад – это наш мир, наше сознание, в котором мы живем день за днем и год за годом и которое продолжается в другом мире. Каким бы мы ни создали наш мир, мы переживаем его сегодня. Как говорят пророки, после смерти все станет явным, и это означает только то, что на земном плане мы так мало осознаем наш мир, так поглощены внешним миром, что не знаем, какой мир мы создали внутри нас самих. Мы так много заняты внешним миром, нашими желаниями, амбициями и борьбой, что едва знаем наш собственный мир. Это подобно человеку, работающему на фабрике: он устает к вечеру, а когда приходит домой, он читает свою газету.

То же самое происходит с каждым; столь многое из внешнего мира целый день привлекает человека: тысячи реклам, магазинов, сверкающих электричеством. Но придет время, когда его глаза будут закрыты по отношению к внешнему миру, занимающему сейчас весь его ум, и он станет сознающим мир внутренний. Именно это имеет в виду изречение из священного писания: «Воздастся вам по делам вашим».

Нет нужды говорить: «Что будет со мной завтра?» Если человек сумеет направить свой ум в себя самого, он сможет увидеть, что находится внутри сознания, из чего оно состоит, что оно содержит в себе; и тогда он будет сегодня знать то, каким будет будущее. Суфии во все времена пытались сделать все возможное, чтобы тренировать свое сознание. Как они подготавливали его?

Первая тренировка – это анализ, а вторая тренировка – синтез. Аналитическая работа состоит в том, чтобы разложить и исследовать свое собственное сознание, другими словами, свою собственную совесть; спросить свою совесть, обращаясь к ней: «Мой друг, все мое счастье зависит от тебя, и мое несчастье тоже. Если ты довольна, я счастлив. Теперь скажи мне правдиво, находится ли то, что я люблю, и то, что я не люблю, в согласии с твоим одобрением». Нужно говорить со своей совестью, подобно человеку, идущему на исповедь к священнику: «Посмотри, вот что я сделал. Может быть, это неправильно, может быть, это правильно; но ты знаешь это, ты принимаешь участие в этом; это воздействует на тебя, и твое состояние – это мое состояние, твоя реализация – это моя реализация. Только тогда я могу быть счастлив, если ты счастлива. Сейчас я хочу сделать тебя счастливой; как я могу сделать это?» Немедленно путеводный голос придет из совести: «Ты должен делать это, а не то; говорить это, а не то. Ты должен действовать таким образом, а не другим».

Совесть может руководить вами лучше, чем любой учитель или книга. Это живой учитель, проснувшийся в самом человеке, – его собственная совесть. Метод учителей, гуру, муршидов – пробуждать совесть в ученике, делать ясным то, что стало неясным, ограниченным. Иногда они выбирают такой замечательный подход, такой мягкий способ, что ученик даже не осознает этого.

Однажды человек пришел к учителю и спросил: «Возьмете ли вы меня в ваши ученики?» Учитель сначала взглянул на него, а затем ответил: «Да, с большим удовольствием». Но человек сказал: «Подумайте об этом, прежде чем скажете мне "да". Во мне множество плохих качеств». Учитель спросил: «Что такое эти плохие качества?» Человек ответил: «Я люблю выпить». Учитель сказал: «Это не имеет значения». «Но, – продолжил человек, – я люблю играть в азартные игры». Учитель сказал: «Это не имеет значения». «Но, – возразил человек, – есть много всего другого, бесконечно много». Учитель сказал: «Это не имеет значения». Человек очень обрадовался. «Но, – сказал учитель, – раз я не придал значения всему плохому, что ты сказал о себе, ты должен согласиться на одно условие. Не делай ничего из того, что ты считаешь неправильным, в моем присутствии». Ученик сказал: «Это легко», – и удалился.

Прошли дни и месяцы, и этот ученик, который был очень глубоким, развитым и тонким, вернулся поблагодарить учителя. Ученик весь сиял, его душа раскрывалась каждое мгновение дня, и он был счастлив. Учитель спросил его: «Ну как твои дела?» «Очень хорошо», – ответил он. Учитель спросил его: «Делал ли ты практики, которые я дал тебе?» «Да, – ответил он, – очень добросовестно». «А как насчет тех вредных привычек посещать различные места, которые у тебя были?» – спросил учитель. «Ну, – сказал ученик, – очень часто я пробовал пойти играть или выпить, но всякий раз, когда я шел, я видел тебя. Ты не оставлял меня одного; всякий раз, когда я хотел выпить, я видел твое лицо перед собой. Я не мог сделать этого».

Это мягкий метод, которым учителя работают со своими учениками. Они не говорят: «Ты не должен пить, ты не должен играть»; они никогда не поступают так. Удивительный метод учителя – учить без слов, корректировать личность, не говоря ничего. То, что учителя хотят сказать, они говорят без слов; когда это вложено в слова, это теряется.

Кроме того, существует более важный вопрос относительно расширения сознания. Есть два направления, или измерения, в которых можно расширяться. Одно – внешнее, другое – внутреннее. Одно направление представляется как горизонтальная линия, другое – как вертикальная. Эти два направления образуют крест, символ христианской религии. Но до христианской религии этот символ существовал в Египте и Тибете; на древних буддийских и тибетских символических изображениях вы обнаружите символ креста.

Путь расширения внутрь – это отвести глаза и ум от внешнего мира и, вместо простирания вовне, пытаться простираться внутрь. Деятельность души – это простираться наружу и вверх, прямо вперед или в стороны, а также назад или по эллипсу. Она – как солнце; ее свет распространяется вовне во всех направлениях, она посылает токи наружу. Душа посылает токи вовне посредством пяти чувств. Но когда пять чувств находятся под контролем, когда дыхание посылается внутрь, уши не слышат больше и рот не говорит, тогда пять чувств направлены внутрь. И когда однажды органы чувств оказываются закрытыми с помощью медитации, тогда душа, которая была приучена простираться наружу, начинает простираться внутрь; и так же, как человек получал переживания и силы из внешнего мира, он начинает получать переживания и силы из внутреннего мира. И таким образом душа может простираться дальше, и дальше, и дальше внутрь до тех пор, пока она не достигнет своего подлинного истока – Божественного Духа. Это один путь, путь распространения внутрь.

Кроме того, есть путь движения наружу; это расширение, которое приходит путем изменения кругозора. Ибо, когда мы ограничены, наш кругозор также ограничен. Мы думаем: «Я – другой, он – другой». Мы создаем барьеры из наших собственных понятий. Если бы мы жили и общались с душами всех людей, всех существ, наш горизонт, естественно, расширился бы так далеко, что мы охватили бы сферу невидимую. Именно таким путем достигается духовное совершенство. Духовное совершенствование, иными словами, – это расширение сознания.

Иногда задают вопрос: что такое космическое сознание, какова природа этого состояния? Это состояние, которое нельзя хорошо объяснить словами. И если объяснение может быть дано, то только такими словами: когда мы видим, мы не слышим, а когда мы полностью слышим, мы не видим. Таким образом, каждое чувство выполняет свою работу в совершенстве только тогда, когда единственно это чувство является активным. Когда мы смотрим на что-то и в это время кто-то разговаривает с нами, мы не видим полностью. Я знал ребенка, который очень сильно интересовался музыкой, и он обычно закрывал глаза, когда музыка играла; только так возможно насладиться слушанием полностью. Но слушать музыку, когда пьешь лимонад или ешь мороженое, – это что-то совсем другое.

Состояние медитации отлично от этого; оно не ограничено правилами. Во время медитации каждое чувство одинаково сбалансировано. В медитации каждое чувство пробуждено и тем не менее спит. Быть закрытым от впечатлений внешнего мира и все же быть пробужденным – такое переживание является чем-то, что невозможно выразить в словах; это должно быть пережито.

Практика медитации предписывается индивидуально; метод одного может не годиться для другого. Существует восточный символ, своего рода игрушка: три обезьяны, одна из которых закрывает свои глаза, другая – свои уши, а третья – свой рот. Это – основной принцип медитации, ключ к внутреннему расширению. Но и в каждодневной жизни мы можем использовать этот символ – этически, с моральной точки зрения: не слышать зла, не видеть зла, не говорить зла. И если вы в состоянии дать такой обет, то можете добиться многого; можно продвинуться очень далеко на пути, если практиковать эти три вещи в каждодневной жизни: никогда не говорить против кого-либо, никогда не слышать, что говорят против кого-либо, и никогда не видеть никакого зла. Если мы закроем наши глаза, не закрыв наши уши или наши губы, мы не сможем достичь ничего.

Кто-то может спросить: ведет ли развитие внутреннего сознания к личной изоляции, к разобщению с миром? Мы находимся в мире, и поэтому, как бы сильно мы ни старались убежать в духовные сферы, нас опять отбрасывает на землю. Мы вынуждены быть здесь, пока имеем это земное тело. И потому самое лучшее – следовать другому пути: добиваться внутреннего расширения сознания, и, без сомнения, в это время нужно идти внутрь, нужно закрыть себя внешнему миру; но вместе с тем надо стараться практиковать и внешнее расширение сознания. На этом пути сохраняется равновесие.

Те, кто развивается только духовно, становятся односторонними; они расширяют только внутреннее сознание и не расширяют внешнее. Таким образом они становятся неуравновешенными. Может быть, в духовном плане они и обладают необычайными способностями, но они не обладают равновесием. По этой причине многие люди думают о духовном человеке как о ком-то, у кого что-то не в порядке с его рассудком. Если таково понимание этого мира, мы должны быть в высшей степени сознательными для того, чтобы не производить на мир неверное впечатление. Если у нас есть профессия, если мы работаем в бизнесе, в индустрии, мы должны делать это совершенно, подтверждая миру, что мы можем быть такими же практичными, как всякий человек, а также бережливыми, нормальными во всех отношениях, методичными, упорными, полными энтузиазма. Все эти качества мы должны проявлять и в то же самое время развиваться духовно; но именно эти качества должны давать доказательство нашей духовности.

Источник: Хазрат Инайят Хан. Очищение ума. Сборник. – М.: Сфера, 1999. – 416 с. – Серия "Суфийское Послание".





<< 1 2 >>






Agni-Yoga Top Sites Яндекс.Метрика